Пособие предназначено для практических врачей любых специальностей. Отдел лабораторной диагностики (2Ж) - страница 17

^ 2Ж2044 – Активность фактора свертывания крови X
Фактор Стюарта-Прауэра – основная сериновая протеаза протромбиназного комплекса, витамин-К зависимый, образуется в печени

Снижение: врожденный дефицит фактора; болезни печени; К-гиповитаминоз; лечение непрямыми антикоагулянтами; амилоидоз; наличие ингибиторов фактора (злокачественные опухоли почек и надпочечников, действие фугницидов).

Хранить до 4 часов при 4°С. Возможно замораживать плазму.
^ 2Ж2045 – Активность фибриназы (фактора XIII)
Трансглутаминаза. Стабилизирует фибриновый сгусток, обеспечивая надежный гемостаз и успешное заживление раневых поверхностей. Недостаток не выявляется другими тестами коагулограммы. Исследование проводится для диагностики геморрагических диатезов, предоперационной подготовке при соответствующем анамнезе.

Снижение: врожденный дефицит фактора; болезни печени (цирроз, гепатит); рак с метастазами в печень; ДВС-синдром; лучевая болезнь; сепсис; тяжелые операции; миелолейкоз; наличие ингибиторов фактора (системная красная волчанка, моноклональные гаммапатии).

Хранить до 4 часов при 4ºС. Возможно замораживать плазму.


2Ж2046 – Коагулограмма (тромбогенный риск)

Набор тестов, включающих основные базовые показатели свертывания, фибринолиза и антикоагулянтной системы. Включает показатели: ПВ с МНО (2Ж2003); АПТВ с индексом; активность протеина С (2Ж2024); антитромбин III (2Ж2025); плазминоген (2Ж2028); фибриноген и РФМК. Выполняется для общей оценки свертывания, тромбогенного риска, подбора и мониторинга прямых и непрямых антикоагулянтов, фибринолитиков.

Плазма стабильна до 4 часов при 4°С.

В связи с высокой реактивностью системы гемостаза забор крови для исследования должен производиться с минимальной ее активацией: пациент в спокойном состоянии, адаптированный к комнатной температуре, по возможности исключить давление жгута на сосуды, максимально быстро отделить плазму от эритроцитов. Нормативные показатели отрабатываются для утреннего времени с 8 до 9 часов, после 10 часов возможен сдвиг в сторону гиперкоагуляции, к вечеру свертывающий потенциал крови понижается. Существуют индивидуальные месячные ритмы


^ 2Ж3004 Гепатит С (ПЦР)

Только в 1989 г. был идентифицировали вирус гепатита С как главный этиологический агент посттрансфузионных гепатитов. Благодаря многолетним исследованиям удалось разработать тест-систему для обнаружения методом иммуноферментного анализа (ИФА) специфических антител к вирусу гепатита С. Исследования показали, что это мелкий РНК содержащий вирус , который может заразить человека только через кровь. Источником инфекции являются больные вирусом гепатита С, прежде всего с хроническим течением заболевания и хронические носители этого вируса. В основе генетической вариабельности лежит отсутствие редактирующей активности вирусной РНК-зависимой РНК-полимеразы, вследствии чего происходит накопление мутаций в процессе вирусной репликации. Точно установлено, что передача вируса гепатита С связана с парентеральным механизмом передачи: в медицинских учреждениях при переливании крови до введения контроля за донорами, через инъекционное оборудование до введения одноразовых шприцев, игл, катетеров. Там, где продолжают повторно использовать плохо простерилизованные медицинские инструменты, продолжается распространение гепатита С. Высокая опасность этого пути подтверждается распространением этого гепатита среди наркоманов. Весьма вероятна передача этого вируса во время выполнения татуировки, при акупунктуре и любых повреждениях целостности кожных покровов нестерильными инструментами. Хотя передача вируса гепатита С половым путем происходит относительно редко, но из-за большого числа половых контактов между партнерами общее число новых случаев заражения достаточно велико. Хронический гепатит С может развиться примерно у 10 % детей, которые были рождены женщинами, инфицированными вирусом гепатита С. Важнейшей особенностью и опасностью гепатита С является многолетнее малосимптомное течение. Очень часто этот гепатит не распознается, но потом заболевание быстро заканчивается циррозом и раком печени. Острая фаза большей частью остается нераспознанной. Самочувствие больных удовлетворительное, жалобы не возникают, сохраняется трудоспособность, желтухи нет. Но уже в это время может быть выявлено небольшое увеличение печени, а через 7 - 8 недель после заражения в крови повышается концентрация АлАТ. Позже, через 5 - 50 недель в крови обнаруживаются специфические антитела. Именно поэтому при однократном исследовании часто дается отрицательный ответ. Даже в остром периоде заболевания клиническая симптоматика остается скудной. Больные отмечают слабость, вялость, быструю утомляемость, ухудшение аппетита, иногда ощущение тяжести в правом подреберье. Форма болезни чаще безжелтушная, реже с желтухой малой интенсивности. Признаки интоксикации выражены незначительно, течение болезни легкое. Закономерно повышается АлАТ, чаще с повторными пиками; реже этот фермент бывает повышен постоянно. Степень повышения большей частью значительная, превышая нормальные значения в 5-10 и более раз. При желтушной форме повышение уровня ферментов сочетается с небольшим увеличением содержания общего и прямого билирубина. Острый, латентный или клинически выраженный вирусный гепатит С может закончиться выздоровлением с элиминацией вируса из организма. Этому обычно соответствует и нормализация АлАТ. Но часто повышенный уровень этого фермента сохраняется. И, наоборот, нормальный уровень АлАТ необязательно свидетельствует об исчезновении вирусемии. У больше части больных острая фаза сменяется скрытой (латентной) с многолетним, до 20 лет, течением инфекционного заболевания, хотя инфицированные лица часто считают себя здоровыми. Периодически повышается АлАТ. Анти-HCV периодически исчезают, затем появляются вновь. Это с трудностью выявления низких концентраций, что заставляет производить повторные исследования. Хронический гепатит представляет основную клиническую форму гепатита С. Он нередко первоначально проявляется повышением уровня ферментов, хотя другие проявления болезни еще могут отсутствовать. Затем больные начинают жаловаться на быструю утомляемость, слабость, недомогание, снижение трудоспособности, нарушение сна, ухудшение аппетита, похудание. Основным объективным признаком является увеличение и уплотнение печени, нередко в сочетании с увеличением селезенки. Эта фаза заболевания протекает преимущественно без желтухи. Иногда отмечается повторный субфебрилитет. Характерны обострения, всегда знаменующиеся дальнейшим повышением АлАТ. Причем колебания АлАТ в мере соответствуют уровню вирусемии. Содержание Гамма-ГТ и гаммаглобулина закономерно повышается. Анти-HCV стабильно положительны. В преимущественном формировании цирроза печени определенное значение имеет наличие сопутствующей патологии, в частности, хронического алкогольного поражения печени. Прогностическое значение имеет повышения АсАТ с увеличением коэффициента АсАТ/АлАТ. Вирус гепатита С является важнейшей причиной возникновения рака печени. Достоверность диагноза существенно повышается при комплексной оценке анти-HCV с определением ферментов, обязательно в условиях динамического контроля. Оценка результатов только одноразовых исследований не всегда убедительна. В латентную фазу анти-HCV класса IgM практически не улавливаются. Они вновь появляются во время обострений, большей частью в сочетании с повышением АлАТ. Динамический контроль за АлАТ существенно дополняет оценку динамики анти-HCV и является важным критерием характеристики течения болезни. Сегодня наиболее распространенным методом этиологической диагностики вирусного гепатита С является ИФА. Однако, даже при использовании тест-систем 3-го поколения, не всегда удается своевременно поставить диагноз. Это обусловлено существованием так называемого “серологического окна” - периода между моментом инфицирования и появлением специфических антител. Этот период может длиться от 2 недель до 6 месяцев. Использование ПЦР тест-систем для выявления РНК ВГС позволяет выявить инфекцию на самых ранних этапах болезни. При хроническом вирусном гепатите С критериями успешного лечения являются: благополучная динамика клинических данных: уменьшение размеров печени, ликвидация желтухи (при желтушных формах), нормализация показателей АлАТ, уменьшение морфологических изменений в печени. Повышение невосприимчивости населения к вирусу гепатита С пока не получило решения. Трудности создания вакцины против HCV определяются неоднородностью этого вируса, огромным количеством генотипов и субтипов. Нерешенность проблемы терапии вирусного гепатита С обуславливает первостепенное значение предупреждения его развития и необходимость ранней лабораторной диагностики. Одним из наиболее перспективных подходов является ПЦР диагностика, имеющая в качестве мишени непосредственно РНК вируса в консервативных участка генома и независящая от иммунного состояния организма и изменчивости белковых структур вириона. Появившиеся в последние годы антивирусные препараты новых поколений (в том числе и различные формы рекомбинантного интерферона) выявили неоднозначное отношение различных генотипов возбудителя гепатита С к лечению. Для наиболее эффективного лечения гепатита С дорогостоящими препаратами необходим мониторинг вирусной нагрузки (исследование 2Ж30012) и генотипирование возбудителя гепатита С (исследование 2Ж3013). Генотипы HCV при хроническом гепатите разной степени тяжести

^ 2Ж3005 Микоплазма гоминис (ПЦР)

Микоплазмы - это самые маленькие микроорганизмы, широко распространенные в природе и обитающие в организме человека. Особенностью микоплазм является отсутствие "жёсткой" клеточной стенки, а их плазматическая мембрана содержит антигены, сходные с человеческими. В последнее время стало известно, что уреаплазмы способны встраивать в свою оболочку антигены человеческих лимфоцитов. Шесть видов (Mycoplasma hominis, Ureaplasma urealyticum, Mycoplasma primatum, Mycoplasma genitalium, Mycoplasma spermatophilum и Mycoplasma penetrans) колонизируют преимущественно половые пути. Известно, что М. hominis и U. urealyticum часто присутствуют в половых путях здоровых мужчин и женщин. Биологические особенности М. genitalium (способность прикрепляться к клеткам и возможная внутриклеточная локализация), а также результаты опытов на животных свидетельствуют о том, что этот микроорганизм обладает патогенным потенциалом. Данные, полученные в ходе исследований случай-контроль с участием мужчин с негонококковым уретритом (НГУ) и женщин с цервицитом, показали, что М. genitalium может вызывать заболевания так же, как Chlamydia trachomatis. При этом носительство М. genitalium не ассоциируется с хламидийной инфекцией. М. genitalium может считаться возбудителем уретрита у мужчин, причем в ряде случаев заболевание протекает в персистирующей или рецидивирующей форме. Урогенитальные инфекции, вызванные микоплазмами, могут быть острыми, хроническими и бессимптомными. Продолжительность инкубационного периода при остром микоплазмозе может колебаться от 3 дней до 3 -5 недель, иногда до 2 мес. Есть данные, что средняя продолжительность инкубационного периода при воспалении мочеиспускательного канала - уретры - составляет 19 дней. К хроническим могут быть отнесены, в частности, негонококковые уретриты, простатиты, воспаление семенных пузырьков. придатков яичка, мочевого пузыря, возможно развитие восходящей инфекции почек. Уреаплазмы, способные расщеплять мочевину, считаются фактором, вызывающим образованием мочевых камней в почках. Микоплазмы часто обнаруживают при хронических гинекологических заболеваниях: вагинитах, бартолинитах, цервицитах, эндометритах, воспалительных процессах в брюшной полости. В ассоциации с другой микрофлорой мико - и уреаплазмы участвуют в формировании бактериального вагиноза. Бессимптомные формы (или микоплазмоносительство) не сопровождаются реакцией организма в форме воспаления. При полноценном иммунитете носительство может продолжаться неограниченно долго без отрицательных последствий для организма, в котором микоплазмы персистируют (но носитель может быть источником передачи инфекции половым партнёрам. При ослаблении иммунитета (причины которого могут быть различными - неполноценное питание, переохлаждение, стресс, общее заболевание, беременность, роды, аборты и т.д.) носительство перестаёт быть бессимптомным, появляются признаки воспаления и развивается заболевание. Есть данные, что приблизительно 40% всех воспалительных заболеваний мочеполовых органов вызываются микоплазмами. Адаптируясь к длительному существованию в условиях конкретного организма, мико - и уреаплазмозы трудно поддаются лечению, часто рецидивируют, приводят к осложнениям. В лаборатории проводятся исследования на Mycoplasma hominis - 2Ж3005, Mycoplasma genitalium - 2Ж3015, Ureaplasma urealyticum – 2Ж3009 и комплексное обследование на все перечисленные возбудители 2Ж3001.


^ 2Ж3006 Трихомониаз (ПЦР)


Урогенитальный трихомониаз - широко распространенное инфекционное воспалительное заболевание, передаваемое половым путем, вызывается простейшим Trichomonas vaginalis. Основными очагами поражения при урогенитальном трихомониазе являются мочеиспускательный канал у мужчин, влагалище и уретра у женщин. В связи с многоочаговостью трихомонадной инфекции при постановке диагноза следует указывать локализацию поражения. У женщин в воспалительный процесс могут вовлекаться большие вестибулярные и парауретральные железы, шейка матки. Трихомонады обнаруживаются в полости матки, в сактосальпинксах, кистах яичников. Имеются сообщения о связи урогенитального трихомониаза с осложнениями беременности (преждевременные роды, ранний разрыв плодного пузыря и др.). Клиническая картина неосложненного урогенитального трихомониаза у женщин характеризуется наличием воспалительного процесса во влагалище и влагалищной части шейки матки. В дальнейшем может присоединиться вестибулит, парауретрит, эндоцервицит, эндометрит и др., что рассматривается, как осложненное течение заболевания. У мужчин трихомонады могут вызывать поражение предстательной железы, семенных пузырьков, придатков яичек, куперовых желез. Может развиваться восходящая инфекция мочевыводящих путей и почек (цистит, пиелит, пиелонефрит). Осложнения при трихомонадных уретритах у мужчин встречаются чаще, чем при гонорее. Клиническая картина трихомонадных простатитов, везикулитов, эпидидимитов отличается от таковой гонорейной этиологии, протекающей, как правило, более бурно. При затяжном течении возможно образование одиночных или множественных стриктур уретры. У девочек урогенитальный трихомониаз протекает с поражением вульвы и влагалища.

Лабораторная диагностика

Диагноз урогенитального трихомониаза устанавливается при обязательном обнаружении Т. vaginalis путем лабораторного исследования. Для лабораторной диагностики трихомониаза применяются следующие методы: исследование влажного препарата; исследование препарата, окрашенного 1 %-ным раствором метиленового синего и по Граму (последняя окраска позволяет одновременно идентифицировать Т. vaginalis и N. gonorrhoeae); культуральное исследование. Из-за общности путей заражения урогенитальный трихомониаз нередко сочетается с другими заболеваниями, передаваемыми половым путем, в связи с чем больных следует подвергать соответствующему обследованию. В случае сопутствующих урогенитальных инфекций (ассоциаций) их лечение проводится одновременно. ПЦР диагностика трихомониаза является высокоспецифичным и высокочувствительным методом, выполняется лабораторией молекулярной биологии ИОДЦ с 1999 г.


^ 2Ж3007 Гепатит B (ПЦР) ( 2Ж3025)

Вирус гепатита В (ВГВ) - возбудитель гепатита В, основной представитель семейства гепадновирусов. Вирус ГВ является ДНК-содержащим. Он представляет собой сферическую частицу диаметром 42-47 нм, состоит из ядра-нуклеоида, имеющего форму икосаэдра диаметром 28 нм, внутри которого находятся ДНК, концевой белок и фермент ДНК-полимераза. Внешняя оболочка вируса (толщиной 7 нм) образована поверхностным антигеном - HBsAg. Белки оболочки могут отличаться по антигенной специфич-ности. Полипептид, содержащийся в оболочке, обладает группо-специфичной детерминантой "А", общей для всех подтипов вируса, и двумя субдетерминантами. Таким образом, существуют 4 антигенных фенотипа. Протективные свойства связаны в основном с антителами к групповой детерминанте "А". Описан также специалистами ГВ-2 с отличающимися эпигонами к одной из детерминант, а также с отличающимися эпитопами белков pre-S2 и core. Возможно ГВ-2 является лишь антигенным вариантом классического ГВ, а не новым вирусом. Наличие вариантов вируса с мутациями и антигенных детерминант, не нейтрализуемых антителами к обычному антигену, имеет существенное практическое значение для вакцинопрофилактики. Заражение гепатитом В (ГВ) происходит с кровью, ее продуктами, спермой, слюной, вагинальными выделениями, потом и слезами от острых и хронических больных.

Инфекция реализуется при гемотрансфузии, использовании нестерильного медицинского инструментария, при гомо- и гетеросексуальных контактах, у новорожденных, рожденных матерями - носительницами вируса. У значительной части больных имеет место заражение при парентеральных манипуляциях в медицинских учреждениях. Широкое использование гемотрансфузии до вве-дения вирусологического контроля за донорами способствовало распространению заболевания при использовании крови и ее препаратов. Позднее стал очевиден риск передачи гепатита В через инъекционное оборудование. Важное значение в распознавании ГВ имеют данные эпидемиологического анамнеза (указания на парентеральные вмешательства, контакт с больным, внутривенные введения наркотиков в сроки, соответствующие периоду инкубации), клинического обследования (выявление характерной цикличности болезни и клинико-биохимических синдромов). Манифестные формы ГВ характеризуются высокой аминотрансфераземией, билирубинемией (желтушная форма), снижением сулемового титра и нормальными значениями тимоловой пробы в начале заболевания. Основное внимание следует обратить на результаты специфических методов исследования - обнаружение маркеров ГВ - вирусной инфекции. При остром ГВ, в преджелтушной и начальной фазе желтушного периодов в сыворотке крови обнаруживают HBsAg, HBeAg, HBV-DNA и IgM анти-НВc. В период разгара желтухи (через 1-1,5 мес. от начала заболевания) HBsAg, HBeAg и HBV-DNA выявляются не постоянно. С большим постоянством определяются IgM анти-НВс. В периоды угасания клинических проявлений и реконвалесценции обнаруживают IgM анти-HBc, анти-НВе, позднее - анти-HBc (total) и IgG анти-HBc. Персистирование HBeAg при отсутствии анти-НВе - прогностический признак хронизации инфекции. Однако, все чаще встречаются мутантные штаммы вируса синтезирующие HbsAg, не обнаруживаемый существующими тест-системами. Маркером активной репликации вируса, связанной с прогрессирующим заболеванием печени, является е-антиген (HbeAg). В тоже время, некоторые штаммы могут продуцировать HbeAg не выявляемый в плазме существующими тест-системами. Было показано, что обнаружение ДНК вируса гепатита В в сыворотке методом ПЦР имеет прогностическое значение для исхода острой инфекции вирусом гепатита В. Установлено, что персистирование ВГВ более 8 недель свидетельствует о хронизации заболевания, тогда как исчезновение ДНК ВГВ в течении 2 недель после появления симптомов острого гепатита коррелирует с полным выздоровлением. Определение наличия или отсутствия вирусной ДНК в сывротке крови – является прямым способом определения эффективности противовирусной терапии.

^ 2Ж3008 Гепатит G (ПЦР) ( 2Ж3025)

HGV представляет собой мелкий вирус с однонитевой линейной РНК. Геном вируса состоит из структурных и неструктурных белков, Структурные гены сосредоточены на 5' конце, а неструктурные на 3' конце. К неструктурной области относится РНК-зависимая РНК полимераза. Различают несколько субтипов HGV. 1а и 1б регистрируются в Африке, 2а и 2б в Америке и в Европе, 3 в Юго-Восточной Азии. Результаты индикации HGV -РНК у разных категорий больных в разных регионах мира свидетельствовали о повсеместном распространении инфекции. Для некоторых регионов, прежде всего Западной Африки, HGV-гепатит весьма распространенная инфекция. Маркеры выявляются у 18% всей популяции. Эпидемиологическая характеристика гепатита HGV в значительной мере близка к другим сывороточным гепатитам, особенно к гепатиту С (ГС). Это относится к источникам заражения и путям передачи. В США среди безвоздмездных доноров крови с нормальными показателями АлАТ, HGV-РНК выявлялась в 1-2%, при повышенных показателях АлАТ - в 4%, а среди доноров плазмафереза - в 13%. Соответственно, существенную группу риска, как при ГВ и ГС, представляют реципиенты, систематически получающие повторные переливания крови, в частности больные гемофилией. Важным фактором передачи HGV могут явиться препараты крови. Среди них число инфицированных серий достигает 18- 20%. Установлено нередкое инфицирование смешанной плазмы, предназначенной для приготовления препаратов иммуноглобулина. В США число инфицированных серий достигло 33-88%, в странах Европы существенно меньшее - 7-10%. Подобные "проскоки" авторы объясняют отсутствием доступных методов тестирования доноров на маркеры HGV. В зарубежной литератературе подтверждается важное значение "щприцевого" пути передачи. В частности, существенную группу высокого риска заражения HGV составляют наркоманы с внутривенным введением наркотиков, среди них инфицировано от 15 - до 33%. Как и при других сывороточных гепатитах, заражение HGV может быть связано с нанесением татуировки. Допускают возникновение семейных очагов в окружении носителей HGV. Относительно меньшее значение имеет имеет половой путь передачи HGV. Так же редко устанавливается перинатальное заражение новорожденных, родившихся от инфицированных матерей. По клинической характеристике гепатит HGV ближе всего к ГС. Его и называют HCV-подобным гепатитом. Как и при ГС, преобладают субклинические, безжелтушные, сглаженные формы инфекции. Острая фаза в основном подтверждается увеличением АлАТ. Это особенно наглядно выявляется при динамическом контроле за лицами с посттрансфузионным заражением. Причем степень повышения АлАТ существенно меньшая, чем при ГС. Обратили внимание, что при гепатите G высокому уровню вирусемии соответствует существенно меньшее повышение АлАТ. Это позволяет допустить относительно меньшее значение цитолиза гепатоцитов в патогенезе этого вида гепатита. Более высокий уровень АлАТ отмечают при сочетанной инфекции HGV и HCV. Острая фаза, как и при ГС, перерастает в длительную многолетнюю персистенцию вируса. При сочетании HGV и HCV характерно прогрессирование процесса с последующим развитием хронического гепатита, цирроза печени, гепатоцеллюлярной карциномы. Клинические проявления HGV как моноинфекции, а также сочетания HGV с HCV, HGV с HBV требуют дальнейшего всестороннего изучения. Наряду с субклиническими и клинически манифестными формами гепатита-G могут возникать тяжелые и даже особотяжелые варианты течения. Тяжелое течение, с преимущественной частотой, наблюдается при сочетании развития HCV и HGV. По данным японских исследователей маркеры HGV были обнаружены у половины больных фульминантным гепатитом. Эти данные преимущественно относятся к сочетанному развитию HCV и HGV. Однако фульминантный гепатит регистрировался при гепатите HGV и вне сочетания с HСV. В европейских странах HGV столь существенного значения в этиологической структуре фульминантного гепатита не имеет. Возможно это связано с разными генотипами HGV. Допускают определенную роль HGV в развитии апластической анемии. Аплазия костного мозга была описана также и при хроническом ГС. Она развивалась спустя месяцы или годы после острой фазы болезни и приводила к прогрессирующей анемии. Нет пока данных о том, может ли персистенция HGV, по аналогии с HCV, избирательно "запускать" аутоиммунные процессы, в частности аутоиммунный гепатит. Диагностика гепатита HGV, как уже было отмечено , ставится путем исключения сывороточных гепатитов с обязательным использованием всех доступных клинических и лабораторных критериев. Верифекация диагноза требует индикации HGV-РНК методом ПЦР. Методы ИФА- диагностики HGV пока не разработаны. Сведения о возможности этиотропной противовирусной терапии, в частности, лечения интерфероном, при гепатите-G, пока скудные, по одним данным считается, что этот вирус избирательно резистентен к интерферону. Высказывается также предположение о том, что присоединение HGV к HCV инфекции определяет преимущественную рефрактерность больных к интерферону. По другим данным HGV хорошо отвечает на интерфероно-терапию. Как ни пародоксально,продолжительность жизни больных СПИДОМ одновременно пораженных HIV и HGV достоверно выше, чем больных пораженных одним вирусом СПИДА. Данный феномен связывают с стимуляцией продукции интерферона при размножении HGV в организме больного.


1375095106176223.html
1375140691197656.html
1375171262093810.html
1375377783327347.html
1375462355266847.html